Расставьте, где необходимо, пропущенные буквы и знаки препинания, раскройте скобки.

Текст № 1 Недолго думая, я высмотрел место в тени, притащил туда новую циновку, вид которой, кажется, подал мне первую мысль спать здесь, и с гр...мадным удовольствием ра...тянулся на ней. Закрыть глаза утомлённые солнечным светом было очень приятно. Пришлось однако полуоткрыть их, чтобы расстегнуть штиблеты, распустить пояс и положить что-нибудь под голову. Я увидел, что туземцы стали полукругом в некотором отдалении от меня, вероятно, удивляясь, вляясь и делая предположения о том, что будет дальше. Одна из фигур, которую я видел перед тем, как снова закрыл глаза, оказалась тем самым туземцем, который чуть не ранил меня. Он стоял недалеко и рассматривал мои башмаки. Я помнил всё происшедшее и подумал, что всё это могло бы кончиться очень серьёзно у меня, промелькнула мысль, что может быть это только начало, а конец ещё впереди. Проснулся, чувствуя себя оченьжённым. Судя по положению солнца, должен был быть по крайней мере третий час. Значит я проспал два часа с лишком. Открыв глаза, я увидел несколько туземцев, в двух шагах от меня они разговаривали вполголоса. Они были без оружия и смотрели на меня уже не так угрюмо. Текст № 2 I. Чичиков вдоволь наслаждался положением дел в своей бричке, катившейся давно по столбовой дороге... Из предыдущей главы видно, в чём состоял главный предмет его вкуса и склонностей, потому неудивительно, что он скоро погрузился весь в него и телом и душою. Предложения, сметы и соображения, блуждавшие по лицу, его видно, были очень приятны, ибо ежеминутно оставляли после себя следы довольной усмешки. Занятый ими он не обращал никакого внимания на то, как его кучер довольный приёмом дворовых людей Манилова делал весьма дельные замечания чубарому пристяжному коню, запряжённому с правой стороны. II. Так рассуждая, Селифан забрался наконец в самые отдалённые отвлечённости. Если бы Чичиков прислушался, то узнал бы много подробностей, относившихся лично к нему, но мысли его так были заняты своим предметом, что один только сильный удар грома заставил его очнуться и посмотреть вокруг себя: всё небо было совершенно обложено тучами, и пыльная, что была дорога, опрыскалась каплями дождя. Громовой удар раздался в другой раз громче и ближе, и дождь хлынул как из ведра. Сначала принявши косое направление, хлестал он в одну сторону кузова кибитки, потом в другую, потом изменивши образ направления и сделавшись совершенно прямым, барабанил прямо в верх кузова.